Глава 13

Между отречением царя и установлением большевистского режима пролегли восемь месяцев. В это время исполнительную власть осуществляло Временное правительство – период был кратковременным и бурным.

В небольшой срок этот кабинет претерпел немало перестановок, и между мартом и октябрем 1917 года он особенно изменился. Умеренные социалисты, бывшие накануне большевистской революции министрами Керенского, расходились по многим проблемам с либералами, которые в марте входили в первый кабинет министров под руководством Милюкова и Гучкова. Но один кардинальный принцип разделяли все, кто входил во Временное правительство.

Министры – как консерваторы, так и радикалы – верили в демократию, опирающуюся на всенародное голосование. Они были едины в оценке Временного правительства в качестве временного учреждения, наделенного полномочиями заниматься государственными делами, и считали своим долгом сосредоточиться исключительно на текущих проблемах, без проведения фундаментальных реформ и решающего воздействия на ход революции. Важнейшая задача определения пути России возлагалась на Учредительное собрание, которое следовало созвать, как только отпадет необходимость в чрезвычайных, военных мерах. Либералы соглашались в том, что Учредительное собрание, сформированное на основе всеобщего избирательного права, выразит чаяния всего народа и получит полномочия выработки конституции.

Несмотря на разногласия по другим вопросам, все политические партии поддерживали такой план переустройства государства. Полагали, что народы России были достаточно зрелы, чтобы решать свои дела, защищать свои интересы и определить свое будущее. Как раз по этому существенному вопросу большевики расходились со всеми другими политическими силами.

Одна из главных установок большевиков состояла в том, что в результате многовекового угнетения трудящиеся пока не способны к эффективному самоуправлению. Лидеры большевиков полагали, что традиции, капитал, предрассудки и система образования сформировали порочный круг, который парализует сознание рабочего и который следует разорвать силой. Панацеей от всех социальных бед они считали коммунистическое устройство государства, однако полагали, что в случае следования к этой цели рутинным парламентским путем их планы будут погребены вследствие преследования привилегированными классами своих эгоистических интересов, а также из-за инертности масс.

Для реализации этих иллюзорных целей существовал лишь один способ: они, большевики, должны взять бразды правления страной в свои руки революционным путем и установить долговременную диктатуру без согласия масс, но от их имени. Страна нуждается в твердой руке и не только в систематическом подавлении организованной оппозиции, но также и преодолении апатии самого народа. Пока коммунистическое государство не станет реальностью, принуждение должно оставаться движущей силой. С подобными намерениями большевики приступили к осуществлению своей глобальной цели.

На первый взгляд имеется несоответствие между большевизмом как деструктивной силой в 1918 году и большевизмом в качестве конструктивной силы в 1930 году. Но две эти крайности – просто стадии единого процесса. Историю большевизма в России, начиная с 1917 года, можно схематично представить как три отчетливо выделяющихся периода.

В течение первого – после мартовской революции и перед приходом к власти – большевики действовали в основном агитационными методами. Их противников следовало дискредитировать, деморализовать и смести со своего пути. Массы следовало завоевать обещаниями, не утруждая себя мыслями об их выполнении. В этот период важнейшим фактором считалась численность сторонников, а не их искренность или преданность делу.

Второй период начался с того дня, когда большевики захватили власть, и должен быть обозначен как период военного коммунизма. Он включал в себя предварительную работу по уничтожению прежнего строя. Вооруженное сопротивление подавлялось, действующая или потенциальная оппозиция уничтожалась, народные традиции взрывались изнутри, все институты, препятствовавшие продвижению коммунизма, ликвидировались. В этот период из обширного большевистского арсенала применялись только негативные, разрушительные меры, в то время как позитивные и конструктивные шаги делались лишь под давлением крайней необходимости. Лидеры большевиков должны были прибегать к таким временным уловкам, как новая экономическая политика, которые заставляли их противников поверить, будто они расстаются с прежними своими экономическими и социальными теориями.

Третий период начался с введения в действие пятилетнего плана, тогда и наступила новая эпоха созидания. Большевистские лидеры сохраняли бдительность и готовность безжалостно подавить любую попытку помешать или поставить под угрозу осуществление планов. Но их энергия была направлена в основном на создание новой социальной системы.

Конечные цели большевиков в течение всех трех периодов не менялись, но тактика претерпевала весьма драматичные изменения, а отношение к ним народа менялось на каждом из этапов. Большевистские лидеры отодвинули свою долговременную цель создания совершенного государства на далекую перспективу и сосредоточили свои усилия на актуальных проблемах, с которыми сталкивались в каждый данный момент. Вследствие этого рядовые члены их собственной партии, а также партий их противников не видели дальше первого поворота дороги.

Когда большевики пришли к власти, они были известны образованным классам только как не заслуживающие доверия, беспринципные агитаторы. Компартия появилась на политической сцене сразу же после мартовской революции, но до прибытия Ленина ее влияние оставалось незначительным. В первые недели большевики довольствовались ролью злых мальчиков в парламентской игре и не казались силой, способной совершить социальный переворот.

Но как только в Россию прибыл Ленин, большевики начали систематическую работу по устранению препятствий, стоявших на их пути. Эта работа носила двоякую направленность.

С одной стороны, по всей стране создавались партийные организации – меры, которые осуществлялись без излишней огласки. В каждом городе, поселке и деревне, а также на большинстве заводов и в воинских частях формировались партийные ячейки. Численность партии оставалась невелика, но компенсировалась энтузиазмом ее членов. В этой связи большевики с самого начала развивали давление на своих противников, которые не пытались объединить свои силы.

С другой стороны, пропаганда большевиков приносила еще более впечатляющие плоды. Вместо предложения конструктивных решений социальных проблем большевики использовали лозунги, выражающие чаяния масс. «Землю – крестьянам!», «Заводы – рабочим!», «Мир без промедления!» – вот формулы, которые притягивали с неодолимой силой крестьян, рабочих и солдат.

Отдельные граждане, уже вставшие на путь разрушения существующего строя, черпали в этом ободрение и философское обоснование своих действий. Дезертиры, оставлявшие фронт, боялись общественного осуждения, пока большевики не ободрили их объединяющим кличем: «Мир – хижинам, война – дворцам!». Подобные лозунги освободили дезертиров от чувства вины, они уже не являлись домой как побитые собаки, а напротив, как борцы за справедливое дело, готовые сражаться на внутреннем фронте.

Крестьяне, грабившие поместье богатого землевладельца, чувствовали, что творят зло, ровно до тех пор, пока большевики не выдвинули лозунг: «Грабь награбленное!». Лозунг придавал некоторую респектабельность их действиям и убеждал крестьян в том, что они просто возвращают то, что должно принадлежать им по праву.

Главная же цель пропаганды заключалась в том, чтобы скомпрометировать и лишить влияния любую политическую группировку или деятеля, настроенных антибольшевистски. В качестве наиболее эффективного средства использовалась провокация. В обстановке, насыщенной страхом и неопределенностью, когда эмоции перехлестывали через край, драматизировать все происходящее было несложно. Стремление Временного правительства не затрагивать проблемы, относившиеся к юрисдикции Учредительного собрания, переговоры предпринимателей по вопросам продолжительности рабочего дня и уровня зарплаты, усилия военного командования по наведению дисциплины – любой социально значимый вопрос представлял собой благодатную почву для безответственных нападок.

Недоверие к образованным классам, которое внедряли в сознание масс подобные нападки, закреплялось постоянным потоком поношений, исходящим из большевистского штаба. С непоколебимой настойчивостью коммунистические лидеры формировали убеждение, что каждый противник большевизма руководствуется эгоистичными мотивами. Дескать, монархисты хотели «заковать в цепи и поработить народ», либералы были «наемниками международного капитала», умеренные социалисты – «предателями рабочего дела», офицеры армии и флота – «кровопийцами», отстаивающими свое право носить золотые погоны, предприниматели и профессионалы – «эксплуататорами и спекулянтами». Эта постоянно повторяемая брань разжигала ненависть в массовом сознании.

На начальной стадии революции образованные россияне использовали против большевиков их же оружие. Большевистских лидеров обвиняли в том, что они являются платными агентами германских спецслужб. Тот факт, что во время войны немецкий Генштаб предоставил Ленину и его соратникам безопасный проезд через Германию, придавал этим обвинениям правдоподобие. Однако Временное правительство не проявило достаточной энергии во внедрении этой версии в общественное сознание, и, как только сенсационность версии притупилась, она утратила свою действенность.

К середине лета 1917 года большевистское движение приобрело мощный разбег, и коммунистические лидеры решили действовать. Они выбрали для своих действий период времени, последовавший за провалом наступления русской армии на фронте, когда страна была деморализована и царило всеобщее недовольство. Однако большевики обнаружили вскоре, что совершили ошибку в своих расчетах: гарнизон Петрограда сохранил верность Временному правительству, большинство коммунистических лидеров были арестованы, а их организация разогнана. Большевики допустили крупный стратегический просчет, и, если бы во главе правительства стоял более энергичный деятель, этот провал ознаменовал бы разгром большевизма в России. Керенский же выбрал неподходящий момент для рекламы политических свобод. Ведущих большевиков освободили, и в течение трех недель они занимались отвоевыванием утраченных позиций.

Преждевременная попытка захвата власти преподала большевикам полезный урок: они поняли, что не смогут добиться успеха, действуя только от имени своей партии. Будучи всегда настороже, они немедленно изменили свою политическую линию и воспользовались симпатиями масс в отношении Советов. Лозунг «Вся власть Советам!» превратился в новый боевой клич большевизма, в то время как компартия сосредоточила свои усилия на привлечении большинства солдатских и рабочих депутатов на свою сторону.

Вскоре после провала наступления Корнилова политическая обстановка обнаружила все признаки того, что большевики близки к достижению своей цели. Петроградский Совет занял место Временного правительства в качестве реального источника власти, а контролировали Совет большевики. Смещение Керенского и его сторонников становилось простой формальностью.

С неприкрытым цинизмом коммунистические лидеры наблюдали, как Керенский и его коллеги-министры продолжали тщетные попытки наладить управление в стране. Когда, по мнению большевиков, созрел момент для переворота, их руководители информировали об этом членов партии, работающих в исполкоме Петроградского Совета, исполком отдал распоряжения военно-революционному комитету Совета, а тот в свою очередь разослал их в воинские части гарнизона. Большевистские войска встретили лишь незначительное сопротивление, и в течение нескольких дней глава об истории существования Временного правительства была завершена.

Массы в целом приветствовали переворот. Они устали от неопределенности и горели нетерпением дать большевикам шанс выполнить свои обещания. Они и не помышляли о тяжелом труде и лишениях, но верили, что трудящиеся стоят на пороге золотого века.

Образованные россияне смотрели дальше масс. Они правильно истолковывали наивные ожидания простодушных умов и не сомневались, что большевики не смогут оправдать этих ожиданий. В то же время образованным слоям претили многословие и некомпетентность Керенского. Они склонялись к мнению, что, пока страна находилась в состоянии анархии, не имело большого значения, кто возглавлял правительство – Ленин или Керенский. На самом деле многие консерваторы и либералы были рады тому, что большевики взвалили на себя бремя исполнительной власти. Они были уверены, что массы снова вручат им руководство, как только коммунизм обанкротится, но, утешая себя подобным образом, они упускали из виду ум и упорство Ленина.

Небольшая группа людей, стоящая во главе большевистского движения, видела еще дальше, чем массы и классы. Они понимали, что не в состоянии выполнить свои обещания, что настроения масс обернутся против них. Но ради своего социального эксперимента решили оставаться у власти любой ценой и даже вопреки народной воле.

Upper Paleolithic reconstructions

Reconstructions of Upper Paleolithic daily life

From 50 000 to 10 000 years before present. Last Ice Age. Realm of Cro-Magnons and other early Homo sapiens sapiens: anatomically and more or less behaviorally modern humans. Consciousness, speech, art positively exist. It is very much debatable if Homo species other than Homo sapiens sapiens ever possessed them. Major world population is early Homo sapiens sapiens, but also some other species of Homo, more characteristic for previous epochs, Neanderthals and possibly even some subspecies of Homo erectus, coexisted for much of the period. Humans begin to populate Australia and Americas. First decisive evidence of spears used as projectile weapons. Invention of a tool to throw them faster and farther: spear-thrower. Bow seems to be invented only near the transition from the Upper Paleolithic to the Mesolithic. Control of fire, fire making including, is widespread. Pleistocene megafauna: iconic mammoths and woolly rhinoceros. Many of mammals common enough today exist in much larger forms: giant beavers, giant polar bears, giant kangaroos, giant deers, giant condors. Some in "cave" forms, like cave bears, cave lions, cave hyenas.

Диагностируя диктаторов

Карл Густав Юнг : Диагностируя диктаторов : Аналитическая психология: прошлое и настоящее / К.Г.Юнг, Э. Cэмюэлс, В.Одайник, Дж. Хаббэк. Сост. В.В. Зеленский, А.М. Руткевич. М.: Мартис, 1995

Октябрь 1938 г. Запоминающийся интеллигентный и неутомимый X. Р. Никербокер был одним из лучших американских иностранных корреспондентов. Родился в Техасе в 1899 г.; в 1923 г. в Мюнхене, где он изучал психиатрию, во время пивного путча Гитлера переключился на журналистику, в дальнейшем большая часть его карьеры связана с Берлином. Но он также печатал материалы о Советском Союзе (премия Пулитцера 1931 г.), итало-эфиопской войне, гражданской войне в Испании, японо-китайской войне, присоединении Австрии, Мюнхенском соглашении. Он писал репортажи о битве за Британию, о войне в Тихом океане: погиб в 1949 г. в Бомбее в авиационной катастрофе. Никербокер посетил Юнга в Кюснахте в октябре 1938 г., приехав непосредственно из Праги, где оказался свидетелем распада Чехословакии. Это интервью, одно из самых продолжительных, которое дал Юнг, было опубликовано в «Херст Интернейшенл-Космополитен» за январь 1939 г. и в несколько измененном виде вошло в книгу Никербокера «Завтра Гитлер?» (1941). В основу настоящей публикации положена статья из «Kocмополитен», из которой исключили всякий иной материал, кроме вопросов и ответов. В этом же выпуске журнала был помещен биографический очерк о Юнге, написанный Элизабет Шепли Серджент. Эти статьи из «Космополитен» сделали имя Юнга известным в США. Никербокер: Что произойдет, если Гитлера, Муссолини и Сталина, всех вместе, закрыть на замок, выделив для них на неделю буханку хлеба и кувшин воды? Кто-то получит все или они разделят хлеб и воду? Юнг: Я сомневаюсь, что они поделятся.

Обращение к абхазскому народу

Гамсахурдия З. 12 марта 1991

Дорогие соотечественники! Братство абхазов и грузин восходит к незапамятным временам. Наше общее колхское происхождение, генетическое родство между нашими народами и языками, общность истории, общность культуры обязывает нас сегодня серьезно призадуматься над дальнейшими судьбами наших народов. Мы всегда жили на одной земле, деля друг с другом и горе, и радость. У нас в течение столетий было общее царство, мы молились в одном храме и сражались с общими врагами на одном поле битвы. Представители древнейших абхазских фамилий и сегодня не отличают друг от друга абхазов и грузин. Абхазские князя Шервашидзе называли себя не только абхазскими, но и грузинскими князями, грузинский язык наравне с абхазским являлся родным языком для них, как и для абхазских писателей того времени. Нас связывали между собой культура "Вепхисткаосани" и древнейшие грузинские храмы, украшенные грузинскими надписями, те, что и сегодня стоят в Абхазии, покоряя зрителя своей красотой. Нас соединил мост царицы Тамар на реке Беслети близ Сухуми, и нине хранящий старинную грузинскую надпись, Бедиа и Мокви, Лихны, Амбра, Бичвинта и многие другие памятники – свидетели нашего братства, нашого единения. Абхаз в сознании грузина всегда бил символом возвышенного, рыцарского благородства. Об этом свидетельствуют поэма Акакия Церетели "Наставник" и многие другие шедевры грузинской литературы. Мы гордимся тем, что именно грузинский писатель Константинэ Гамсахурдиа прославил на весь мир абхазскую культуру и быт, доблесть и силу духа абхазского народа в своем романе "Похищение луны".

Перевал Дятлова. Смерть, идущая по следу...

Ракитин А.И. Апрель 2010 - ноябрь 2011 гг.

23 января 1959г. из Свердловска выехала группа туристов в составе 10 человек, которая поставила своей задачей пройти по лесам и горам Северного Урала лыжным походом 3-й (наивысшей) категории сложности. За 16 дней участники похода должны были преодолеть на лыжах не менее 350 км. и совершить восхождения на североуральские горы Отортэн и Ойко-Чакур. Формально считалось, что поход организован туристской секцией спортивного клуба Уральского Политехнического Института (УПИ) и посвящён предстоящему открытию 21 съезда КПСС, но из 10 участников четверо студентами не являлись.

Кавказ

Величко, В.Л.: С.-Петербург, Типография Артели Печатнаго Дела, Невский пр., 61, 1904

В.Л. Величко 1. Введение Какое доселе волшебное слово - Кавказ! Как веет от него неизгладимыми для всего русского народа воспоминаниями; как ярка мечта, вспыхивающая в душе при этом имени, мечта непобедимая ни пошлостью вседневной, ни суровым расчетом! Есть ли в России человек, чья семья несколько десятилетий тому назад не принесла бы этому загадочному краю жертв кровью и слезами, не возносила бы к небу жарких молитв, тревожно прислушиваясь к грозным раскатам богатырской борьбы, кипевшей вдали?! Снеговенчанные гиганты и жгучие лучи полуденного солнца, и предания старины, проникнутые глубочайшим трагизмом, и лихорадочное геройство сынов Кавказа - все это воспето и народом, и вещими выразителями его миросозерцания, вдохновленными светочами русской идеи, - нашими великими поэтами. Кавказ для нас не может быть чужим: слишком много на него потрачено всяческих сил, слишком много органически он связан с великим мировым призванием, с русским делом. В виду множества попыток (большею частью небескорыстных) сбить русское общество с толку в междуплеменных вопросах, необходимо установить раз и навсегда жизненную, правильную точку зрения на русское дело вообще. У людей, одинаково искренних, могут быть различные точки зрения. Одни считают служение русскому делу борьбой за народно-государственное существование и процветание, борьбой, не стесненной никакими заветами истории, никакими нормами нравственности или человечности; они считают, что все чужое, хотя бы и достойное, должно быть стерто с лица земли, коль скоро оно не сливается точно, быстро и бесследно с нашей народно-государственной стихией. Этот жестокий взгляд я назвал бы германским, а не русским.

The voyage of the Beagle

Charles Darwin, 1839

Preface I have stated in the preface to the first Edition of this work, and in the Zoology of the Voyage of the Beagle, that it was in consequence of a wish expressed by Captain Fitz Roy, of having some scientific person on board, accompanied by an offer from him of giving up part of his own accommodations, that I volunteered my services, which received, through the kindness of the hydrographer, Captain Beaufort, the sanction of the Lords of the Admiralty. As I feel that the opportunities which I enjoyed of studying the Natural History of the different countries we visited, have been wholly due to Captain Fitz Roy, I hope I may here be permitted to repeat my expression of gratitude to him; and to add that, during the five years we were together, I received from him the most cordial friendship and steady assistance. Both to Captain Fitz Roy and to all the Officers of the Beagle [1] I shall ever feel most thankful for the undeviating kindness with which I was treated during our long voyage. This volume contains, in the form of a Journal, a history of our voyage, and a sketch of those observations in Natural History and Geology, which I think will possess some interest for the general reader. I have in this edition largely condensed and corrected some parts, and have added a little to others, in order to render the volume more fitted for popular reading; but I trust that naturalists will remember, that they must refer for details to the larger publications which comprise the scientific results of the Expedition.

Upper Paleolithic by Zdenek Burian

Zdenek Burian : Reconstruction of Upper Paleolithic daily life

Cro-Magnons, early modern humans or Homo sapiens sapiens (50 000 - 10 000 years before present). Reconstruction of Upper Paleolithic daily life by Zdenek Burian, an influential 20th century palaeo-artist, painter and book illustrator from Czechoslovakia. The images represent an artistic rendition of the ideas used to circulate in the middle of 20th century: what was it like for European early modern humans or Cro-Magnons to live during the last Ice Ages (from about 40 000 to 12 000 years before present). Some of the concepts are put in doubt today, some are still retaining their value.

Воспоминания кавказского офицера

Торнау Ф.Ф.: Москва, Дружба народов, 1996

Торнау Федор Федорович (1810-1890) — барон, Генерального штаба полковник. Представитель рода, происходившего из Померании и ведшего начало с половины XV века, учился в Благородном пансионе при Царскосельском лицее, после чего поступил на военную службу и участвовал в войне 1828 г. против турок, в "польской кампании" 1831, в сражениях на Кавказе и др. В течение двух лет Торнау находился в плену у кабардинцев. С 1856 (по 1873) служил русским военным агентом в Вене и состоял членом военно-ученого комитета. Известен Торнау также как автор ряда мемуарных произведений ("Воспоминания кавказского офицера", "Воспоминания о кампании 1829 года в европейской Турции", "От Вены до Карлсбада" и т.д.). Сведения о Торнау имеются в "Энциклопедическом словаре" Ф.Брокгауза и И.Ефрона (т.33-а, 1901, стр.639), в журнале "Русская старина" (1890, книга седьмая), в книге Д.Языкова "Обзор жизни и трудов русских писателей и писательниц" (вып.10, М., 1907, стр.76). Данный вариант воспоминаний Ф.Ф. Торнау — журнальный, весьма усечёный. Что касается книги полностью, то первое издание — Ф. Ф. Торнау "Воспоминания кавказского офицера". — М., 1865; последнее — Ф.Ф. Торнау. Воспоминания кавказского офицера. — М.: АИРО-ХХ, 2000 (368 с.).

Lower Paleolithic reconstructions

Reconstructions of Lower Paleolithic daily life

From some 2.6 million to 300 000 years before present. The dating of the period beginning is rather floating. A new discovery may change it a great deal. It was too much time ago, fossils, artifacts of the period are more like scarce and their interpretations often seem to be confusing. The World is populated by the ancestors of humans, orangutans, gorillas, chimpanzees, bonobos. In a way, the split among these may be considered to be the mark of the true beginning of the Lower Paleolithic as a part of human history. It is then that the participants first stepped forward. Presumable early tools are not exemplary enough. Even if being eponymous. It is not exactly clear if they were real tools. And using objects is not an exclusive characteristic of humanity anyway. The use of objects was a purely instinctive practice for many and many hundreds of years. It did not have any principle difference from other animal activities and did not make Homos of Lower and most probably of Middle Paleolithic human in the proper sense of the word. Australopithecus and Homo habilis are typical for the earlier part. Later various subspecies of Homo erectus, Homo heidelbergensis, coexisting much of the period. Occasional use of fire. Later possibly even control of fire.

Lower Paleolithic by Zdenek Burian

Zdenek Burian : Reconstruction of Lower Paleolithic daily life

Australopithecinae or Australopithecina is a group of extinct hominids. The Australopithecus, the best known among them, lived in Africa from around 4 million to somewhat after 2 million years ago. Pithecanthropus is a subspecies of Homo erectus, if the word is used as the name for the Java Man. Or sometimes a synonym for all the Homo erectus populations. Homo erectus species lived from 1.9 million years ago to 70 000 years ago. Or even 13 000 - 12 000, if Homo floresiensis (link 1, link 2), Flores Man is a form of Homo erectus. Reconstruction of Lower Paleolithic everyday life by Zdenek Burian, an influential 20th century palaeo-artist, painter and book illustrator from Czechoslovakia. Australopithecus and pithecanthropus are depicted somewhat less anthropomorphic than the more contemporary artists and scientists tend to picture them today.

Путешествие натуралиста вокруг света на корабле «Бигль»

Дарвин, Ч. 1839

Кругосветное путешествие Чарльза Дарвина на корабле «Бигль» в 1831-1836 годах под командованием капитана Роберта Фицроя. Главной целью экспедиции была детальная картографическая съёмка восточных и западных берегов Южной Америки. И основная часть времени пятилетнего плавания «Бигля» была потрачена именно на эти исследования - c 28 февраля 1832 до 7 сентября 1835 года. Следующая задача заключалась в создании системы хронометрических измерений в последовательном ряде точек вокруг земного шара для точного определения меридианов этих точек. Для этого и было необходимо совершить кругосветное путешествие. Так можно было экспериментально подтвердить правильность хронометрического определения долготы: удостовериться, что определение по хронометру долготы любой исходной точки совпадает с такими же определениями долготы этой точки, которое проводилось по возвращению к ней после пересечения земного шара.

Государственная дума и тактика социал-демократии

Сталин И.В. Cочинения. - Т. 1. - М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1946. С. 206–213.

Вы, наверное, слышали об освобождении крестьян, Это было время, когда правительство получало двойной удар: извне – поражение в Крыму, изнутри – крестьянское движение. Потому-то правительство, подхлёстываемое с двух сторон, вынуждено было уступить и заговорило об освобождении крестьян: "Мы должны сами освободить крестьян сверху, а то народ восстанет и собственными руками добьется освобождения снизу". Мы знаем, что это было за "освобождение сверху"... И если тогда народ поддался обману, если правительству удались его фарисейские планы, если оно с помощью реформ укрепило свое положение и тем самым отсрочило победу народа, то это, между прочим, означает, что тогда народ еще не был подготовлен и его легко можно было обмануть. Такая же история повторяется в жизни России и теперь. Как известно, и теперь правительство получает такой же двойной удар: извне – поражение в Манчжурии, изнутри – народная революция. Как известно, правительство, подхлестываемое с двух сторон, принуждено еще раз уступить и так же, как и тогда, [c.206] толкует о "реформах сверху": "Мы должны дать народу Государственную думу сверху, а то народ восстанет и сам созовет Учредительное собрание снизу". Таким образом, созывом Думы они хотят утихомирить народную революцию, точно так же, как уже однажды "освобождением крестьян" утихомирили великое крестьянское движение. Отсюда наша задача – со всей решимостью расстроить планы реакции, смести Государственную думу и тем самым расчистить путь народной революции. Но что такое Дума, из кого она состоит? Дума – это ублюдочный парламент.