Глава 8. Второе рождение подводных сил Северного Ледовитого океана [185]

Мысль о беспрепятственном выходе на просторы Мирового океана во все времена занимала умы передовых россиян. 24 июля 1899 г. на торжественном открытии города Александровска на Мурманском берегу ее точно выразил прибывший с крейсером «Светлана» на торжества великий князь Владимир Александрович: «Опираясь на Мурман, наша морская сила могла бы защищать великодержавные интересы России в той части земного шара, где это потребуется обстоятельствами».

Появившаяся в ходе Первой мировой войны необходимость в защите морских перевозок от нападения германских кораблей в северных морях привела российское морское командование к созданию на основании императорского указа от 3 июля 1916 г. флотилии Северного Ледовитого океана, базировавшейся на Романовна-Мурмане и Александровск в Кольском заливе, Архангельск на Белом море и военно-морскую базу Йоканьга в Святоносском заливе. Формирование флотилии завершили 6 июля 1916 г. Была предпринята попытка освоить сложный северный театр и малыми подводными лодками, но она провалилась из-за их неприспособленности к плаванию в суровых полярных условиях. Гражданская война, военная интервенция и последовавшая за ними разруха привели к полной ликвидации флотилии на много лет.

Успехи в развитии тяжелой промышленности наконец позволили, теперь уже Советскому государству, приступить в 1932 г. к осуществлению давней мечты российской верховной власти — созданию полноценной военно-морской силы на берегу Северного [186] Ледовитого океана, способной беспрепятственно «защищать великодержавные интересы России в той части земного шара, где это потребуется обстоятельствами». С завершением весной 1933 г. основных работ по сооружению Беломоро-Балтийского канала силами советских заключенных советское правительство принимает решение о переводе на Север первых восьми боевых балтийских кораблей. В их числе две большие подводные лодки серии «Д»: «Д-1» (Секунов), принятая в состав БФ осенью 1930 г. и давшая литерное обозначение всей серии из шести лодок, и «Д-2» (Рейснер), принятая в состав БФ в 1931 г.

С 14 мая по 21 июля 1933 г. отряд кораблей впервые прошел трудный путь по морю, рекам, озерам и каналам от Кронштадта до Сороки (ныне порт Беломорск на Белом море). 5 августа 1933 г. корабли отряда уже швартовались в Мурманске. Вслед за ними по тому же пути за 28 суток прошел второй отряд — из трех кораблей. В его составе шла еще одна большая подводная лодка, «Д-3» (Грибоедов), вошедшая в состав БФ в 1931 г. Так 21 сентября 1933 г. в Мурманске собрались все корабли Северной военной флотилии (СВФ), сформированной еще в июне и состоявшей из ОДнэм и ОДнпл во главе с командующим флотилией З. А. Закупневым. Командиром ОДнпл, первого боевого тактического соединения подводных сил на Севере, в 1934 г. становится К. Н. Грибоедов, имевший почти 7-летний опыт командования подводной лодкой и с первых дней своей службы плававший в Студеном море на различных кораблях. В качестве плавбазы дивизиону придается небольшой транспорт «Умба».

Сначала флотилия базировалась на Мурманск. В октябре 1934 г. надводные корабли перешли в Полярное (бывш. Александровск), еще через год туда же перешли подводные лодки, штаб и командование флотилии. Вскоре гранитные берега Мурмана оденутся в броню сектора Береговой обороны, появятся первые самолеты ВВС СВФ. В 1935 г. командующим СВФ становится флагман 1 ранга К. И. Душенов.

Начатые осенью 1933 г. регулярные выходы подводных лодок в море подводники продолжат и в следующие два года. Осваивая Северный театр, они совершат ряд самостоятельных походов, чтобы [187] приобрести опыт плавания в заливах, губах и проливах Баренцева моря. За успешное освоение театра десять подводников из состава ОДнпл в 1935 г. награждаются орденами. Среди них комдив Грибоедов, командиры лодок Рейснер, Секунов и др. В 1936 г. походы становятся еще более продолжительными.

Как архивные документы, так и документальная историческая литература сохранили очень мало фактов деятельности флотилии в тот период. Сохранились аттестации на командиров подводных лодок, позволяющие судить о работе, которую проводили подводники-североморцы в ту пору. Вот что написано в аттестации на Льва Рейснера: «Леонид (все-таки его звали Лев. Пример того, как «хорошо» комиссары знали подчиненных командиров. — Э. К) Михайлович Рейснер (командир подводной лодки, пионер подводных плаваний советского флота в тогда еще совершенно незнакомом, неизученном Баренцевом море. — Э. К) был награжден орденом Ленина. Этот широко образованный человек имел все основания считаться образцовым командиром, но мешали его некоторые своеобразные взгляды. Рейснер считал, что на флоте командир имеет слишком мало прав, внешне почти не отличается от краснофлотцев, а это ведет к панибратству, говорил, что мы в области морской культуры должны кое-что взять у старого флота.

Проскальзывала в словах Рейснера и недооценка партийно-политической работы. Нельзя было не уважать его за талант и способности как подводника, но трудно было мириться с его настроениями, тем более что он имел влияние на известную часть командиров, особенно молодых подводников, преклонявшихся перед его мастерством.

Мы пытались разъяснить Рейснеру ошибочность его взглядов. Говорил с ним и Константин Иванович (Душенов. — Э. К). Но Рейснер, признавая кое-какие ошибки, в целом взглядов не менял. А во второй половине 1937 г. они уже расценивались как «политически чуждые». К тому же ему ставили в вину семейные связи: он был братом известной писательницы и активной участницы Гражданской войны Ларисы Рейснер (к тому же еще и жены опального Ф. Ф. Раскольникова. — Э. К), которую уже после смерти (она умерла в 1926 г. — Э. К) стали обвинять «в связях с троцкистами». Этот [188] факт имел тогда большое, если не решающее, значение в дальнейшей судьбе Рейснера. Встал вопрос о его пребывании на флоте» (Флагманы. М.: Воениздат, 1991). Так 29 ноября 1936 г. характеризует Рейснера политическое руководство флотилии в лице Нач ПО СВФ П. Байрачного. И это после того, как в 1934 г. командир награждается грамотой ЦИК СССР за отличную работу при переходе из Кронштадта в Мурманск, а в 1935 г. — орденом Ленина за выдающиеся заслуги в деле организации подводных и надводных морских сил РККА и за успехи в боевой и политической подготовке!

Перу КОДнпл Грибоедова принадлежит иная аттестация на Рейснера: «Подводной лодкой командует четыре кампании. Обладает хорошими морскими навыками, хорошо управляет подводной лодкой. Отлично выполнил автономное плавание в течение 52 суток. Много работает над повышением военных знаний. Характер тяжелый и замкнутый. Очень самолюбив. Здоровье удовлетворительное. Если не считать особенностей характера — командира Рейснера можно считать образцовым». Резолюция Душенова на аттестацию: «Не совсем ясно и не всегда ровное отношение т. Рейснера к ряду мероприятий, проводимых партией и правительством. Идет процесс воспитания, есть надежда устойчивости».

А на самого Грибоедова военком ОДнпл СВФ батальонный комиссар Межеда уже пишет классический донос с указанием рассылки «документа» тем лицам, которые «питаются» такими делами. Читатель мог ознакомиться с ним в четвертой главе книги.

11 мая 1937 г. Северная военная флотилия преобразована в Северный флот. В конце июня 1937 г. с Балтики на Север по Беломоро-Балтийскому каналу переведут четыре подводные лодки типа «Щ»: «Щ-401» (Августинович), «Щ-402» (Бакунин), «Щ-403» (Ефимов) и «Щ-404» (Колышкин). Все четыре подлодки после окончания постройки в сентябре 1936 г. находились в составе БФ. Эти лодки образовали Днпл 2 СФ. В 1937 г. подводники-североморцы принимают самое активное участие в выполнении правительственного задания по обеспечению беспосадочных трансарктических перелетов В. П. Чкалова по маршруту Москва — Северный полюс — Ванкувер и М. М Громова по маршруту Москва — Северный полюс — [189] Сан-Джасинто. В 1938 г., также по заданию правительства, они привлекаются к операции по снятию с дрейфующей льдины группы зимовщиков во главе с И. Д. Папаниным. Выполняя задания, подводные лодки в сложных погодных условиях развернулись в высоких широтах к самой кромке арктических льдов, где использовались в качестве радиомаяков, а также радиоретрансляторов, обеспечивавших связь с Москвой и Полярным. Пл «Д-3» (Котельников) для выполнения своей задачи при снятии с льдины зимовщиков совершила во время сильнейших штормов дальний поход. Она была первой советской подводной лодкой, которая пересекла меридиан Гринвича. Из российских подводных лодок его впервые пересекла пл «Св. Георгий» (Ризнич) в 1917 г., следовавшая из Специи (Италия) в Архангельск.

Вместо арестованного К. И. Душенова в 1938 г. командующим Северным флотом назначается В. П. Дрозд. В мае 1938 г. будут арестованы и Грибоедов, назначенный командиром Бпл СФ, сформированной в феврале на базе ОДнпл, и командир пл «Д-2» Рейснер. Грибоедова на посту КБпл сменит опытный балтийский подводник П. В. Максимов, но всего лишь на один год, и уже в 1939 г. его заменит КБпл 4 с БФ Д. А. Павлуцкий. Меньше чем через два года после ареста, 8 февраля 1940 г., Грибоедова расстреляют. Рейснер умрет в заключении в 1941 г.

Летом 1938 г. в Полярное придет пл «Щ-423» (В. А. Егоров), а 21 июня 1939 г. еще три лодки: «Щ-421» (П. И. Егоров), «Щ-422» (?) и «Щ-424» (Касьяненко), которые образуют Днпл 3 СФ (Августинович). Вместе со средними подводными лодками в составе переводимых на Север 14 кораблей приведут и шесть лодок типа «М»: «М-171» (Столбов), «М-172» (Коваленко), «М-173» (Кунец), «М-174» (Н. Ф. Егоров), «М-175» (Драченов) и «М-176» (?), которые сформируют Днпл 4 СФ (Субботин?).

Таким образом, к 1939 г. на СФ наряду с Бэм двухдивизионного состава сформировалась Бпл, включающая 4 дивизиона. Подводные лодки «Д-2» и «Д-3» проходили капитальный ремонт в Ленинграде, а «Щ-401» и «Щ-404» ремонтировались на судоремонтном предприятии Севера. [190]

20 октября 1939 г. на выходе из Кольскою залива подводную лодку «Щ-424» (К. М. Шуйский) протаранил траулер РТ-43 «Рыбец», и она затонула на глубине 250 м. Погибло 32 подводника. Спаслось 10 человек, в том числе и командир.

После гибели пл «Щ-424» подводные лодки Днпл 3 подчинили Днпл 2, а боевую подготовку на бригаде, можно сказать, свернули. Прекратились длительные самостоятельные походы. Маневры погружения и всплытия лодки стали выполнять в закрытых губах, без хода. Сошла на нет и без того нуждавшаяся в коренном улучшении торпедная подготовка.

Тем временем на Северо-Западе страны назревала война. Высшее руководство ВС отводило войскам 14-й армии и Северному флоту второстепенную роль: их задача сводилась к тому, чтобы не допустить прорыва судов с военными грузами в единственный финский порт на Баренцевом море — Линахамари и пресекать активное вмешательство в боевые действия сил нейтральных стран.

Советско-финская война на Баренцевом море. Первые дни войны (30.11.39–03.12.39)

ВС СФ Бпл отдано распоряжение: 28 ноября в 14.00 выслать 2 пл типа «Щ» в Баренцево море на позиции к Варангер-фьорду с задачей не подпускать к нему иностранные военные корабли и прикрывать действия миноносцев и тральщиков; двум подводным лодкам типа «М» быть готовыми выйти в дозор на подходы к Кольскому заливу для предотвращения проникновения в Кольский и Мотовский заливы иностранных кораблей; одну пл типа «Щ» направить в дозор на подходы к горлу Белого моря.

С 23 ноября пл «Щ-404» (В. А. Иванов) несла дозор в районе м. Маккаур с задачей не допустить проникновения иностранных военных кораблей к Варангер-фьорду и к п-ову Рыбачий. Применять оружие разрешалось только с получением специального сигнала.

Пл «Щ-402» (Столбов) 28 ноября заняла позицию в районе о-вов Вардё с задачей не допустить проникновения иностранных военных кораблей к Варангер-фьорду и к п-ову Рыбачий. Применять [191] оружие разрешалось только с получением специального сигнала. При необходимости сблизиться с противником для применения оружия разрешалось выходить за пределы назначенной позиции на расстояние не более 6 миль на S и на W.

30 ноября пл «М-173» (Кунец) вышла на позицию в районе маяка Цып-Наволок с задачей не допустить проникновения военных и торговых кораблей противника в Кольский залив и препятствовать их пребыванию на подходах к заливу. Вслед за ней на указанную позицию последовательно выходили подводные лодки Днпл 4, сменяя друг друга через 5 суток.

Приступая к морским воинским перевозкам после занятия 1 декабря Печенги, СФ озаботился обеспечением коммуникаций, включив в силы прикрытия развернутые на подходах к Варангер-фьорду подлодки типа «Щ» и находящиеся в дозоре на подходах к Кольскому заливу подлодки типа «М».

Оборона военно-морских баз северного побережья (03.12.39–11.02.40)

Возможность нападения иностранных военных кораблей и самолетов на наши суда, ведущие военные перевозки, оставалась реальной в ходе всей войны. Наиболее вероятными районами их возможного появления могли оказаться подходы к Варангер-фьорду и базам флота на мурманском побережье.

Для своевременного обнаружения иностранных кораблей и самолетов в Баренцевом море вели разведку две подлодки типа «Щ» на подходах к Варангер-фьорду в районе от м. Нордкап до о-вов Вардё (на позициях у м. Маккаур и на подходах к о-вам Вардё). С 12 декабря вместо указанных позиций установили одну постоянную у м. Нордкин, где лодки вели разведку (район, ограниченный меридианами 26° и 29° Ost, параллелью 71°45' N и территориальными водами Норвегии) посменно, по 10 суток.

Чтобы помешать силам противника проникнуть в Кольский залив и на подходы к нему, в районе м. Цып-Наволок несли дозор лодки типа «М». Срок пребывания лодок на этой позиции ограничивался пятью сутками. Использование оружия разрешалось только после получения специального сигнала. При выходе в торпедную [192] атаку разрешалось пределы позиции оставлять, удаляясь от них не более чем на 3 мили в любом направлении.

Сложные гидрометеоусловия вынуждали лодки типа «М» при волнении моря 5–6 баллов укрываться на рейде Могильный у о-ва Кильдин; лодки типа «Щ» покидали позиции и укрывались в бухте Цып-Наволок при волнении моря 8 баллов. Поддержание боевой готовности затрудняли низкие температуры, приведшие к сильному обмерзанию корпуса и вооружения, разведку — плохая видимость.

С конца января подводные лодки, находящиеся на позиции на подходах к Варангер-фьорду у о-ва Вардё, стали чаще обнаруживать норвежские корабли. Так, наблюдая с 29 января по 7 февраля движение норвежских военных кораблей, оказалось возможным установить, что Порсангер-фьорд ими использовался как маневренная база.

29 января пл «Щ-402», находясь на позиции в районе м. Нордкап — Тана-фьорд, обнаружила в районе о-вов Вардё в 6–7 милях от берега норвежский скр, шедший на N; 1 февраля там же — два неизвестных корабля; 2 февраля — неопознанный самолет на высоте 400–500 м по направлению от Нордкапа к Лаксе-фьорду; 5 февраля — норвежский ббо типа «Норге», шедший из Лаксе-фьорда; 7 февраля, при возвращении в базу, — норвежский скр, сопровождавший лодку параллельным курсом.

Эти и дальнейшие наблюдения подводных лодок подтверждались донесениями радиоразведки о нахождении в районе о-вов Вардё и в Варангер-фьорде норвежских кораблей: скр «Фритьоф Нансен», миноносцев «Аэгир» и «Слейпнер» и зм «Фрейя».

11 февраля пл «Щ-421» (П. И. Егоров) находилась на позиции у м. Нордкин и обнаружила норвежский миноносец «Аэгир». 13 февраля лодка разведала подходы к порту Гамвик и акваторию самого порта, а 15 февраля повторно обнаружила норвежский миноносец «Аэгир» у м. Нордкин. 19 февраля, возвращаясь с позиции и потеряв место в условиях малой видимости, в 2.30 села на мель в губе Скорбеевская п-ова Рыбачий. Ошибки в координатах места посадки на мель, переданные в штаб, существенно затруднили поиск лодки. 20 февраля лодку обнаружил эм «Громкий», а привел в базу только 6 марта из-за непрекращавшихся жестоких штормов. [194]

В конце февраля обострились отношения между Советским Союзом, с одной стороны, и Швецией и Норвегией — с другой. Обстановка требовала усиления бдительности.

Последний период войны (11.02.40–13.03.40)

Наши лодки продолжали вести разведку в Баренцевом море на подходах к Варангер-фьорду. 22 февраля с целью усиления наблюдения за районом Вардё НК ВМФ приказал выставить 2 подводные лодки в районе межу меридианами 31°15' и 32°00' Ost и параллелями 70°15' и 70°30' N. 23 февраля лодки заняли позиции у Вардё.

23 февраля пл «Щ-402» и «Щ-404» заняли назначенные им позиции в районе межу меридианами 31°15' и 32°00' Ost и параллелями 70°15' и 70°30' N.

Пл «Щ-402» 3 марта в 19.05 в районе о-вов Вардё обнаружила огни двух неизвестных кораблей, шедших в кильватер и повернувших на нее. Уклонилась погружением на 25 м. Всплыла через 2 часа и обнаружила их вновь. Погрузилась опять и всплыла через 2,5 часа в скоплении рыболовецких судов.

13 марта в 12.00 на БФ прекратили боевые действия. Корабли СФ продолжали нести дозорную и разведывательную службу до окончания эвакуации частей 14-й армии из Печенги в Мурманск 9 апреля 1940 г.

Как видно из краткого обзора хода боевых действий во время СФВ на Северном морском театре, подводные лодки СФ не использовали оружия и не соприкасались с противником. Опасения руководства, что Швеция и Норвегия нарушат заявленный ими нейтралитет, не подтвердились. Лодки, находясь в назначенных районах, ограничились выполнением поставленной им задачи дальнего подвижного корабельного дозора. Свою задачу они выполнили. В обзоре упомянуты только некоторые подлодки, участвовавшие в боевых действиях. Остальные выполняли свою задачу в сходных условиях.

Летом 1940 г. подводные силы СФ пополнятся новыми крейсерскими подводными лодками типа «К», предназначенными для [195] океанских походов. Лодки вошли в состав Днпл 1: «К-1» (Чекин) и «К-2» (Уткин).

13 ноября 1940 г. в ходе проведения глубоководных испытаний после ремонта в Мотовском заливе Баренцева моря погибла пл «Д-1» (Ельтищев) — первенец советского подводного судостроения. Лодка по-прежнему лежит на грунте и о причинах, навсегда повергших корабль в пучину, остается только догадываться.

В 1940 г. Павлуцкий отстранен от должности и осужден на 5 лет. В декабре командиром бригады становится Н. И. Виноградов. Сменились и командующие флотом. Вместо Дрозда командующим СФ назначен А. Г. Головко. Кадровые перестановки не привели к ощутимому улучшению боевой подготовки. Вплотную ею займутся с началом войны. Как и на Балтике, не выполненные в мирное время учебные задачи теперь станут выполнять на переходах в районы боевых действий в боевых условиях, а не «в условиях, приближенных к боевым».

К 22 июня 1941 г. СФ располагал подводными силами, включавшими одну Бпл в составе трех Днпл, насчитывавших 15 подводных лодок в строю, и двух находящихся в капитальном ремонте в Ленинграде.

Бпл (Н. И. Виноградов) базировалась на Полярный в составе: Днпл 1 (Гаджиев) — «Д-3» (Котельников), «К-1» (Чекин), «К-2» (Уткин); Днпл 3 (Колышкин) — «Щ-401» (Моисеев), «Щ-402» (Столбов), «Щ-403» (Коваленко), «Щ-404» (В. А. Иванов), «Щ-421» (Лунин), «Щ-422» (А. К. Малышев); Днпл 4 (Н. И. Морозов) — «М-171» (Стариков), «М-172» (Лысенко), «М-173» (Кунец), «М-174» (Н. Ф. Егоров), «М-175» (Мелкадзе), «М-176» (Бондаревич).

1603 - 1648

From 1603 to 1648

From the death of Elizabeth I of England in 1603 to the Peace of Westphalia and the end of the Thirty Years' War in 1648.

Великолепный часослов герцога Беррийского

Братья Лимбург. Великолепный часослов герцога Беррийского. Цикл Времена года. XV век.

«Великолепный часослов герцога Беррийского» или, в другой версии перевода, «Роскошный часослов герцога Беррийского» (фр. Très Riches Heures du Duc de Berry) - иллюстрированный манускрипт XV века. Самая известная часть изображений часослова, цикл «Времена года» состоит из 12 миниатюр с изображением соответствующих сезону деталей жизни на фоне замков. Создание рукописи началось в первой четверти XV века по заказу Жана, герцога Беррийского. Не была закончена при жизни заказчика и своих главных создателей, братьев Лимбург.

Глава 6

Сквозь ад русской революции. Воспоминания гардемарина. 1914–1919. Глава 6

Революция в марте (по старому стилю. – Примеч. пер.) заранее не планировалась. Гнев вывел людей на улицы Петрограда протестовать против безнадежной глупости правительства. Они вышли бунтовать, но не встретили никакого сопротивления и обнаружили, к своему удивлению, что совершили революцию. Пораженные неожиданной победой, массы людей стали искать руководителей и, разумеется, направились в Думу – единственную ветвь власти, избранную всенародным голосованием. До последнего дня думские лидеры не подозревали о таком повороте событий. Они одновременно и стремились погасить революционную волну, и пользовались уличными беспорядками в качестве средства вразумления правительства. Неожиданно они поняли, что русская монархия уходит в прошлое и что они востребованы в качестве ее преемников. Лидеры либеральных и радикальных оппозиционных партий без воодушевления встретили необходимость выбора между взятием в свои руки руля правления страной и попустительством ее дрейфу в сторону анархии. Лишь в министерстве внутренних дел предвидели общественную бурю, но сумасбродный Протопопов воспринимал сигналы об этом без всякой тревоги. Он считал, что открытый бунт даст повод для подавления его силой. Соответственно, полицию Петрограда вооружили армейскими пулеметами и приказали ей действовать без предварительного уведомления. Непосредственной причиной революции стал промышленный кризис. Заводские рабочие бастовали и устраивали уличные демонстрации, протестуя против нехватки продовольствия и несоответствия зарплаты и стоимости жизни.

7. Когда же туристы ставили палатку на склоне Холат-Сяхыл?

Перевал Дятлова. Смерть, идущая по следу... 7. Когда же туристы ставили палатку на склоне Холат-Сяхыл?

Какова была официальная (т.е. следствия) точка зрения на события, связанные с гибелью группы Дятлова, к середине марта 1959 г.? На основании изучения следов группы в районе лабаза (обнаруженного, напомним, 2 марта 1959 г.), дневников членов группы, найденных в палатке (Дорошенко, Дятлова, Колмогоровой, Кривонищенко и Тибо-Бриньоля) считалось доказанным, что 31 января 1959 г. группа вышла к подножию Холат-Сяхыл и даже сделала попытку подняться по склону. Сильный ветер заставил туристов вернуться к реке Ауспия и стать на ночлег в лесу перед горой. Ночь на 1 февраля прошла благополучно, группа встала поздно, хорошо отдохнувшей. Некоторое время после подъёма ушло на подготовку и приём пищи, после чего туристы приступили к устройству лабаза. Выдвижение из долины Ауспии вверх по склону Холат-Сяхыл последовало примерно в 15 часов, т.е. довольно поздно, принимая во внимание малую продолжительность светового дня. Заход Солнца 1 февраля д.б. последовать, согласно календарю, в 17:02. В фотоаппаратах членов группы, найденных в палатке, были обнаружены кадры, сделанные в условиях низкой освещённости (сейчас эти фотоснимки широко распространены в Интернете, в частности их можно видеть в весьма информативной подборке фотоматериалов, составленной Коськиным Алексеем Александровичем, исследователем трагедии группы Дятлова). Прокурор-криминалист Иванов, оценив качество изображений и светочувствительность плёнки (равную 65 ед.), определил время фотографирования - около 17 часов.

Глава 9

Сквозь ад русской революции. Воспоминания гардемарина. 1914–1919. Глава 9

Скрытые тенденции хаоса вскоре набрали достаточный импульс, чтобы вырваться на поверхность. В начале мая 1917 года население Петрограда вновь вышло на улицы. Бурные, многочисленные демонстрации ознаменовали первый осознанный вызов авторитету Временного правительства и обнаружили пропасть между мнениями образованных классов и народных масс. Непосредственным поводом для выступлений стало официальное объявление приверженности России целям войны, адресованное союзникам. Образованные россияне не принимали в расчет влияние революции на крестьянское сознание и требовали войны до победного конца. Политические партии от монархистов до социалистов считали само собой разумеющейся неизменность внешней политики. О сепаратном мире с Германией не помышляли, не видели необходимости и во временной передышке в наступательных операциях на фронте с целью реорганизации армии. Ораторы, представлявшие все оттенки политической мысли, выражали свое убеждение в том, что пренебрежение международными обязательствами и принятием всех возможных мер для победы в войне было бы изменой России, вероломством по отношению к союзникам и надругательством над демократическими принципами. Эти эмоции были чужды, однако, массам населения. Отмена политической цензуры подвергла незрелые умы крестьян и рабочих мощному воздействию пацифистской пропаганды. Солдаты общались друг с другом, не опасаясь подслушивания, и сходились в том, что каждому из них война надоела. Крестьяне, избавившиеся под воздействием революции от пассивности, отказывались считать окончательным вердикт правящих классов.

Глава 8. Второе рождение подводных сил Северного Ледовитого океана [185]

Короли подплава в море червонных валетов. Часть III. Обзор эволюции подводных сил СССР (1935-1941 гг.). Глава 8. Второе рождение подводных сил Северного Ледовитого океана

Мысль о беспрепятственном выходе на просторы Мирового океана во все времена занимала умы передовых россиян. 24 июля 1899 г. на торжественном открытии города Александровска на Мурманском берегу ее точно выразил прибывший с крейсером «Светлана» на торжества великий князь Владимир Александрович: «Опираясь на Мурман, наша морская сила могла бы защищать великодержавные интересы России в той части земного шара, где это потребуется обстоятельствами». Появившаяся в ходе Первой мировой войны необходимость в защите морских перевозок от нападения германских кораблей в северных морях привела российское морское командование к созданию на основании императорского указа от 3 июля 1916 г. флотилии Северного Ледовитого океана, базировавшейся на Романовна-Мурмане и Александровск в Кольском заливе, Архангельск на Белом море и военно-морскую базу Йоканьга в Святоносском заливе. Формирование флотилии завершили 6 июля 1916 г. Была предпринята попытка освоить сложный северный театр и малыми подводными лодками, но она провалилась из-за их неприспособленности к плаванию в суровых полярных условиях. Гражданская война, военная интервенция и последовавшая за ними разруха привели к полной ликвидации флотилии на много лет. Успехи в развитии тяжелой промышленности наконец позволили, теперь уже Советскому государству, приступить в 1932 г. к осуществлению давней мечты российской верховной власти — созданию полноценной военно-морской силы на берегу Северного [186] Ледовитого океана, способной беспрепятственно «защищать великодержавные интересы России в той части земного шара, где это потребуется обстоятельствами». С завершением весной 1933 г.

1. Арест

Записки «вредителя». Часть II. Тюрьма. 1. Арест

После опубликования постановления ГПУ о расстреле «48-ми» я не сомневался в том, что буду арестован. В постановлении о расстреле В. К. Толстого указывалось — «руководитель вредительства по Северному району» (это был мой ближайший друг); при таком же объявлении относительно С. В. Щербакова — «руководитель контрреволюционной организации в Севгосрыбтресте» (это был самый близкий мне человек из работников треста). Было очевидно, что спешно расстреляв «руководителей вредительской организации», далее будут искать «организацию», а так как никакой организации не было, то будут подбирать людей, наиболее подходящих для этого, по мнению ГПУ. В «Севгосрыбтресте», кроме Щербакова, был пока арестован только К. И. Кротов, который уже более полугода находился в тюрьме. Явно, что для «организации» этого было мало. Из оставшихся в «Севгосрыбтресте» специалистов, занимавших ответственные должности, было четверо, заведующих отделами: Н. Скрябин — заведующий планово-статистическим отделом, инженеры К. и П. — отделами техническим и рационализаторским, и я — научно-исследовательским. Главный инженер сменился в 1930 году и еще ничего не успел построить, так как ввиду беспрестанных изменений планов, строительных работ в 1930 году, в сущности, не было. Из кого ГПУ будет формировать уже объявленную «организацию» в «Севгосрыбтресте»? Несомненно, что меня должны взять в первую очередь: моя дружба с В. К. Толстым и С. В.

I. Внутренняя эмиграция

Побег из ГУЛАГа. Часть 2. I. Внутренняя эмиграция

Почти полгода провела я в тюрьме, абсолютно ничего не зная, что делается дома: мне не передали ни одного письма, не дали ни одного свидания. Пожалуй, это было легче, потому что я видела, как после свиданий от тоски сходили с ума. Меня увели из дома зимой, вернули — когда кончалось лето. Все, что случилось за это время, было для меня зияющим черным провалом. В тюрьме казалось, что стоит только выйти на волю, и жизнь будет полна работы и энергии. Если вышлют мужа, придется добывать средства для существования за двоих. Мучительно хотелось, чтобы время вновь заполнилось трудом; казалось, что я схвачусь за него, как голодный за хлеб. Вот я на воле, и что же? Лежу на диване и думаю. Из пяти с лишним месяцев тюрьмы месяц я сидела; на четыре месяца меня забыли, вероятно, по пустой небрежности. Когда-то мне казалось, что мой труд нужен государству, а теперь? С другими поступили еще гораздо хуже. Мне сказано было, чтобы я возвращалась на прежнюю работу, но я хорошо знаю, что следователи всегда врут, хотя бы это было совершенно бесцельно, такова их профессиональная привычка.

II. Новая страда

Побег из ГУЛАГа. Часть 1. II. Новая страда

Пришла зима. Голод становился все злее. Недоедание и сама недоступность еды создавали своеобразное сочетание слабости и равнодушия. Трудно было сказать, обедали мы или нет, потому что сыты мы никогда не были. Обед, который приходилось брать из «общественной столовой», состоял из жидкого супа — вода с пшенной крупой, который назывался «пша», и редко куска ржавой селедки или воблы. Если б это было возможно, я, кажется, совсем перестала бы есть, настолько это было отвратительно. Весной у нас в училище не было выпуска: оба старших класса ушли по набору в Красную Армию. Я осталась почти без работы, потому что маленьких учить никогда не умела. С осени же предполагалась такая перестройка школ, с которой трудно было согласиться и которая до сих пор не нашла сколько-нибудь устойчивой формы. В этот момент усталости и огорчений, потому что за девять лет педагогической работы я была искренне ею увлечена, мы переехали на лето в Павловск. Там было отделение Агрономического института, снабжавшего нашего мальчишку молоком, которое и летом надо было отрабатывать. Павловск — это необыкновенное место. Ведь Петербург окружен запущенными, болотистыми, убогими огородами и полосами ярко-желтой сорной сурепки. Как оазисы, разбросаны среди них великолепные, искусственно созданные парки царских резиденций.

3. «А ну, давай к следователю»

Записки «вредителя». Часть II. Тюрьма. 3. «А ну, давай к следователю»

Из-за решетки громко выкрикнули мою фамилию. Мне давали дорогу и по пути оглядывали с любопытством — новенький. У решетки стоял тюремный страж — красноармеец, конвоир. Он повторил фамилию. — Я. — Имя, отчество? Назвал свое имя и отчество. — Давай к следователю. Я уже хотел идти, как кто-то из заключенных остановил меня и быстро, вполголоса, сказал: — Это на допрос. Возьмите еды. Помните одно — не верьте следователю. Я вернулся, взял в карман яблоко. — А ну, давай! — торопил страж. Я вышел в коридор. Опять по лестницам, через решетчатые переборки в каждом этаже, со щелканьем замка и лязгом двери, которую дежурный постоянно захлопывает с усердием и спешкой. Второй этаж. Буфет для следователей: на прилавке экспортные папиросы, пирожные, бутерброды, фрукты. Такого буфета нет нигде, кроме учреждений ГПУ и кремлевских. Из буфета шел коридор, от которого массивной стеной с решеткой был отделен второй, параллельный коридор, куда выходили нумерованные кабинеты следователей. Конвойный, все время ведя меня перед собой, доставил меня к двери и постучал. Послышалось что-то неясное в ответ. — Давай! — скомандовал он мне. Я открыл дверь и вошел в кабинет. «Давай!» на скупом тюремном языке значит очень много. Давай — на прогулку. «Давай в пальто без вещей» — значит на Гороховую, на верные пытки. «Давай с вещами!» — на расстрел, и точно так же, но исключительно редко — на волю. Кабинет — маленькая комната размера одиночной камеры.

Обращение к абхазскому народу

Гамсахурдия З. 12 марта 1991

Дорогие соотечественники! Братство абхазов и грузин восходит к незапамятным временам. Наше общее колхское происхождение, генетическое родство между нашими народами и языками, общность истории, общность культуры обязывает нас сегодня серьезно призадуматься над дальнейшими судьбами наших народов. Мы всегда жили на одной земле, деля друг с другом и горе, и радость. У нас в течение столетий было общее царство, мы молились в одном храме и сражались с общими врагами на одном поле битвы. Представители древнейших абхазских фамилий и сегодня не отличают друг от друга абхазов и грузин. Абхазские князя Шервашидзе называли себя не только абхазскими, но и грузинскими князями, грузинский язык наравне с абхазским являлся родным языком для них, как и для абхазских писателей того времени. Нас связывали между собой культура "Вепхисткаосани" и древнейшие грузинские храмы, украшенные грузинскими надписями, те, что и сегодня стоят в Абхазии, покоряя зрителя своей красотой. Нас соединил мост царицы Тамар на реке Беслети близ Сухуми, и нине хранящий старинную грузинскую надпись, Бедиа и Мокви, Лихны, Амбра, Бичвинта и многие другие памятники – свидетели нашего братства, нашого единения. Абхаз в сознании грузина всегда бил символом возвышенного, рыцарского благородства. Об этом свидетельствуют поэма Акакия Церетели "Наставник" и многие другие шедевры грузинской литературы. Мы гордимся тем, что именно грузинский писатель Константинэ Гамсахурдиа прославил на весь мир абхазскую культуру и быт, доблесть и силу духа абхазского народа в своем романе "Похищение луны".

Таблица 3. Переименование подводных лодок - 3

Короли подплава в море червонных валетов. Приложение. Таблица 3. Переименование подводных лодок: Балтийский, Северный и Тихоокеанский флоты

Балтийский, Северный и Тихоокеанский флоты Первоначальный тактический №, место и дата закладки Промежуточный № (название), место и время присвоения Окончательный № (название), время и место присвоения «Щ-11», «Карась», Ленинград, 20.03.32 «Лосось» — 11.33, ТОФ «Щ-101», «Лосось» — 09.34, ТОФ «Щ-12», Ленинград, 20.03.32   «Щ-102», «Лещ» — 09.34, ТОФ «Щ-13», Ленинград, 20.03.32   «Щ-103», «Карп» — 09.34, ТОФ «Щ-14», Ленинград, 20.03.32   «Щ-104», «Налим» — 09.34, ТОФ «Щ-315», Горький, 08.01.36 «Щ-423» — 17.07.38, СФ «Щ-139» — 17.04.42, ТОФ «Щ-313», Ленинград, 04.12.34   «Щ-401» — 16.05.37, БФ — СФ «Щ-314», Ленинград, 04.12.34   «Щ-402» — 16.05.37, БФ — СФ «Щ-315», Ленинград, 25.12.34   «Щ-403» — 16.05.37, БФ — СФ «Щ-316», Ленинград, 25.12.34   «Щ-404» — 16.05.37, БФ —